Мы не продаем технику -           мы дарим эмоции!
Санкт Петербург, Литейный проспект, 30
+7 (812) 6029682
  • Шоурумы
  • Услуги
  • Дизайнерам
  • Нестандартные решения
  • О компании
  • Новости
  • Доставка и оплата
  • Контакты
0 товаров

К середине 90-х годов XIX века уже существовали основные элементы, требующиеся для практической реализации системы передачи сигналов посредством электромагнитных волн: катушка Румкорфа, вибратор Герца, когерер Лоджа. Над реализацией системы передачи работало множество исследователей. Однако только Попов и Маркони осуществили первые попытки увеличить расстояние между передатчиком и приемником, постепенно усовершенствуя разрядник и когерер и повышая эффективность системы с помощью антенны и заземления.

Александр Степанович Попов, 1859–1905 (1906 по нов. стилю)

Первая публичная демонстрация приемника Попова состоялась во время его доклада «Об отношении металлических порошков к электрическим колебаниям» 7 мая (25 апреля по старому стилю) 1895 г. на заседании Физического отделения Русского физико-химического общества в Санкт-Петербургском университете.

Попов был не только одним из первых в России, как выразился Столетов, «пропагатором герцологии», но и тем, кто впервые оценил практическое значение открытий Герца и начал искать пути их технического использования.

Детектором электрических колебаний в приемнике Попова был когерер Брэнли–Лоджа. В свое время Брэнли писал: «Устройство можно вернуть в состояние плохой проводимости слабыми отрывистыми ударами по дощечке, которая поддерживает трубку». Лодж говорил: «Этот прибор, который я называю когерером, удивительно чувствителен как детектор герцевских волн». В опытах Лоджа когерер «чувствовал» влияние искры на расстоянии 40 ярдов (37 м). Лодж применял различные способы приведения когерера в рабочее состояние, в том числе и с помощью звонка смонтированного на одной доске с когерером. Однако Лодж не додумался до использования звонка в качестве регистратора поступившего сигнала и одновременно автомата для приведения когерера в рабочее состояние. Это сделал Попов.

Можно сказать, что это был первый случай использования в радиотехническом устройстве электромеханической обратной связи. Кроме того Попов впервые применил антенну для улавливания электромагнитных волн.


Приемник Попова. Внешний вид (слева) и условная электрическая схема (справа)

Используя в своем устройстве уже существующие изобретения и частично их усовершенствовав, Попов построил прибор, который позднее получил название «грозоотметчик», имея в виду его применение для регистрации грозовых разрядов.

В своей статье «Прибор для обнаружения и регистрации электрических колебаний», опубликованной в 1896 в журнале Русского физико-химического общества, Попов писал: В соединении с вертикальной проволокой длиною 2.5 метра прибор отвечал на открытом воздухе колебаниям, произведенным большим герцевым вибратором (квадратные листы 40 сантиметров в стороне) с искрой в масле, на расстоянии 30 сажен (64 м).

…При дальнейшем усовершенствовании его, может быть применен к передаче сигналов на расстояния при помощи быстрых электрических колебаний.

В 1899 П. Н. Рыбкин и Д. С. Троицкий – помощники Попова – обнаружили детекторный эффект когерера. На основе этого эффекта Попов построил «телефонный приёмник депеш» для слухового приёма радиосигналов (на головные телефоны) и запатентовал его (Русская привилегия № 6066 от 1901). Приёмники этого типа выпускались в 1899–1904 в России и во Франции (фирма «Дюкрете») и широко использовались для радиосвязи. В начале 1900 приборы Попова были применены для связи во время работ по ликвидации аварии броненосца «Генерал-адмирал Апраксин» у острова Гогланд и при спасении рыбаков, унесенных на льдине в море. При этом дальность связи достигла 45 км. В 1901 Попов в реальных корабельных условиях получил дальность связи 148–150 км.

К сожалению, оказалось весьма непростым делом описать историю деятельности А.С.Попова. Хронология его изобретений и их достоверность существенно расходятся как в русскоязычных источниках, так и в публикациях на английском языке. Казалось бы, что может быть проще составить обзор деятельности соотечественника. Но, увы, наша история меняется с годами, в отличие от «их» истории, которая практически неизменна. Как нельзя дважды войти в одну и ту же реку, так нельзя изменить прошлое. События XX века в наших республиках опровергли эту народную мудрость.

Исторический факт открытия радио Поповым не подвергается сомнению. Это признается в большинстве авторитетных изданий, например, в энциклопедии Британика (Britannica.com, http://www.britannica.com), в хронологических исследованиях «Adventures in CyberSound» доктора Рассела Наутона ( www.cinemedia.net/SFCV-RMIT-Annex/rnaughton) и во многих других публикациях доступных автору. Но в отношении других изобретений ученого существует множество противоречий.

Гульельмо Маркони (Guglielmo Marconi), 1874–1937

Вызывало недоумение, что в первый год нового века прилично одетый молодой человек двадцати семи лет пребывал в лачуге выстроенной на крутом и ветреном утесе канадского Ньюфаундленда, напрягая слух в попытках расслышать сквозь помехи и шумы заветные сигналы. И было ему абсолютно неважно, что будет содержаться в послании. Был важен сам факт, который должен был стать точкой отсчета новой эры. И он услышал сообщение. Сигналы, перелетевшие через Атлантику с радиостанции на полуострове Корнуолл в Англии, стали первой ласточкой в грядущей радиофикации человечества…

Маркони всегда означало бизнес. На 50 000 фунтов, взятых в кредит в банках Великобритании он доказал всему миру, что радио это современное чудо, которое в свою очередь сделало его богатым и знаменитым.

В Лондоне основана «Беспроводная Телеграфная Компания Маркони». Подписан ряд контрактов с судовыми компаниями. Беспроводной телеграф используется на кораблях английского, французского, немецкого и итальянского флотов. Подписан контракт на обеспечения флота США. Теперь ему не страшны неудачи, которых, впрочем, и не было.

…Сильный ветер сорвал полотна огромных антенн, которые он построил в Англии. Сильный ветер сломал его мачты на другой стороне Атлантики в Ньюфаундленде, задержав эксперименты. Тогда было решено устанавливать антенны не на опорах, а поднимать на воздушных шарах и гигантских воздушных змеях. Но штормовой ветер разгадал и эту хитрость Маркони: его воздушные шары и три из четырех змеев были унесены. Но, несмотря на капризы погоды, в относительно безветренный день 12 декабря 1901 года Маркони все-таки услышал слабые сигналы с другой стороны Атлантики: точка, еще точка и опять точка… – символ «S» кода Морзе. Вряд ли в хронологии радио был более важный день или более важное свершение.

В то время беспроволочный телеграф был еще совсем ребенком – всего шесть лет от роду. Ученые и инженеры были единодушны в своей вере: радиосвязь невозможна за пределы горизонта. Посылаемые сигналы бесследно исчезали в атмосфере. Это знал каждый или думал, что знает.

В тот день Маркони и его команда принимали сигнал еще около 25 раз, но толпе любопытствующих не было сделано никаких объявлений. В течение еще трех дней продолжалась бессменная вахта. Наконец, когда всем стало ясно, что более сильного сигнала не будет, Маркони пригласил фотографа, чтобы составить отчет о происшедшем.

16 декабря 1901 года весь мир узнал из газетных заголовков о величайшей научной сенсации года: Маркони опроверг физические взгляды своего времени. Он доказал, что сообщения, переданные электромагнитными волнами из Корнуолла, смогли достичь Канады «изгибаясь» вместе с шарообразностью Земли.

Сначала не все поверили сообщению Маркони. Александр Белл, человек, который преобразовал человеческий голос в электричество и поместил его в провода, сказал: «Я сомневаюсь, что Маркони сделал это. Это невозможно». Вероятнее всего Белл скептически отнесся к сообщению еще и потому, что если радио Маркони заработает, то отпадет надобность в дорогих трансатлантических кабелях проложенных по дну океана компаньонами Белла из «AT&T».


10 дюймовый искровой передатчик Маркони, 1901. С помощью такого передатчика был послан сигнал «SOS» с Титаника.

Томас Эдисон, чей авторитет имел не меньший вес в научном мире, был более щедр в оценках:

Я поражен! Я хотел бы встретиться с этим молодым человеком, у которого хватило дерзости на пересечение Атлантики электрической волной.

Эдисон много читал о молодом итальянском гении и был в курсе экспериментов Маркони. В ответ на вопрос репортера, верит ли он сообщениям, Эдисон ответил: «Что!? Вы сомневаетесь! Если это говорит Маркони, то это правда!»

В 1896 Маркони было всего 22 года, но он уже догонял Попова и в скором времени в значительной степени превзошел Александра Степановича, потому что имел больше поддержки и свободы. Маркони был скорее предпринимателем, нежели ученым. Общество жаждало вещей, а не теорий. И насколько аморфная Россия не заинтересовалась исследованиями Попова, настолько Запад заинтересовался исследованиями Маркони.

В первые годы двадцатого века радиотелеграфная связь постепенно завоевывала позиции. Передовицы газет, еще недавно пестревшие сенсационными заголовками о достижениях беспроводного телеграфа, постепенно стали уступать место более важным событиям. Радио становилось обыденностью. Уже работали беспроводные телеграфные линии по всей Европе и Америке, организована постоянная связь между континентами. Телеграфные аппараты отстукивали морзянку с кораблей и самолетов. Но все-таки радио не могло заменить проводную связь по причине отсутствия живого общения. Человечество привыкло общаться голосом, а не бездушными точками и тире кода Морзе. Человечество ждало открытия.

Реджинальд Обри Фессенден (Reginald Aubrey Fessenden), 1866–1932


Реджинальд Фессенден родился в Квебеке (Канада). Как сын министра, он получил прекрасное образование в Канаде и Нью-Йорке, во время которого «проявлял повышенный интерес к математическим и научным предметам».

В 1876 десятилетний Реджинальд присутствовал на демонстрации Александром Беллом телефона в его лаборатории в Брантфорде (провинция Онтарио, Канада). Шестью днями позже, Белл передал по телефону сообщение на рекордное по тем временам расстояние – 113 км, из Парижа (Онтарио) в Торонто (Онтарио). С благоговейным трепетом наблюдал Реджинальд за «чудесами» Белла и в душе мальчишки зародилась мечта о голосовой связи без проводов.

К 1902 Фессенден имел 13 патентов в области беспроводной связи, в которых были затронуты: «усовершенствование строительства антенн», «средства усиления принимаемых сигналов», «беспроводной телефон».

С 1900 Фессенден начал эксперименты в области радиотелеграфной связи для Американского Бюро погоды. Целью работ было изучение возможности использования радиосвязи в передаче метеосводок и прогнозов.

В это же время он всерьез заинтересовался передачей голоса и разработал принцип «наложения вибрирующих волн звуковой частоты, на постоянную радиочастоту, чтобы модулировать амплитуду радиоволны в форму звуковой волны». В дальнейшем этот принцип был назван амплитудной модуляцией.

Мало кто из ученых разделял идеи Фессендена относительно голосовой связи. «Большой Томас» (Эдисон) так прокомментировал высказывания Фессендена:
…Что предлагает Феззи (Fezzie–Фессинжер)? Как вы считаете, может ли человек допрыгнуть до Луны? Я думаю, что это так же вероятно, как и то, что он предлагает… Эдисон ошибался.

<>p …Впервые передал речь без проводов летом 1900 методом, изложенным в патенте №706747. Для повышения разборчивости принятой речи и устранения большого количества посторонних шумов в телефоне были изобретены различные устройства…

 

– писал Фессенден относительно своих ранних экспериментов. Нельзя с уверенностью утверждать имел ли место этот исторический факт, в особенности с учетом исторического «портрета» ученого, но вполне вероятно, что Фессенден все-таки передал и принял голос по радио в 1900 году. Фессенден одним из первых задумался над передачей голоса и первым реализовал ее.

Одним из наиболее важных его изобретений (патент 1903 г.) был «жидкостный бареттер» («Liquid Barretter»). Детектор, основанный на свойствах зоны соприкосновения электрода и электролита, который использовался для радиотелеграфной и радиотелефонной связи. Жидкостный бареттер стал наиболее важным изобретением со времен когерера – наконец-то появилась возможность прослушивать в наушниках голос с приемлемым качеством.

В 1902 Фессенден начал работу в компании NESCO («National Electric Signalling Company») которая финансировала его разработки. Вместе с инженером «Дженерал Электрик» Эрнстом Александерсоном они осуществляли разработку генератора переменного тока для NESCO. Генератор частотой 50 000 Гц позволил в дальнейшем реализовать первую официальную радиопередачу голоса со станции Брант Рок (штат Массачусетс) 24 декабря 1906. Первые эксперименты показали:
…Во время испытаний были переданы не только речь, но и записанные на фонографе речевые сообщения и музыка. Все получаемые радиосообщения отличались четкостью и разборчивостью и в этом отношении заметно выигрывали по сравнению с обычными линиям проводной связи.


Кристаллический приемник производства «Westinghouse Electric», 1924.

Началом официального регулярного радиовещания считается 1920 год, когда инженер «Westinghouse Electric Corporation» Фрэнк Конрад закончил постройку вещательной станции.

Окончание строительства совпало с очередными президентскими выборами. 2 ноября радиостанция «KDKA» в Питсбурге (штат Пенсильвания) объявила, что очередным президентом Соединенных Штатов избран Уоррен Г. Хардинг (Warren G. Harding). Около 1000 слушателей могли принимать первую радиопередачу новостей.

Хотя по мнению некоторых историков первой в мире регулярной передачей был концерт Дороти Луттон (Dorothy Lutton), транслирующийся радиостанцией «CFCF» (Монреаль, Канада) 20 мая. Но, как и в случае Попов–Маркони, первенство почему-то отдается Питсбургской радиостанции.

Радио позволяло получать новости намного быстрее, чем это делали газеты. Имеющиеся в продаже кристаллические наборы были просты в сборке и недороги, что позволило радио получить широкое распространение в последующие годы.

Для стимулирования продажи оборудования, изготовители старались обеспечить привлекательность передач. Певцы, политические обозреватели, юмористы, оркестры приглашались для популяризации новых технических средств. Уже через год после первой регулярной радиопередачи по радио впервые освещаются спортивные события: теннис, бокс и бейсбол. Эти репортажи, наряду с музыкальными программами, увеличивают развлекательную популярность радиовещания.


Студия американской радиостанции, 1923.

Событие, происшедшее в истории радиовещания в 1922, у многих читателей вызовет гримасу отвращения. 28 августа, в 17:00 по нью-йоркскому времени в эфире прозвучало первое… рекламное объявление. В передаче расписывались достоинства и низкая стоимость квартир в «высотках Джексона» («Jackson Heights») в Лонг-Айленде (Long Island). Компания «Queensboro» «купила» у нью-йоркской радиостанции «WBAY» 10 минут эфира за $50.

В 1926 число проданных радиоприемников в США достигло порядка 5 миллионов. К середине 20-х годов радио было признано новой массовой культурой и активно развивающейся индустрией.


У радиоприемника, конец 1920-х.

Эдвин Говард Армстронг (Edwin Howard Armstrong), 1890–1954


Снимок с пропуска в лаборатории «Western Electric Engineering Department». Перед Первой Мировой войной (1914-18).

Эдвин Говард Армстронг, американский изобретатель и инженер-электрик, внес фундаментальный вклад в развитие радио. Изобрел регенеративную схему (обратную связь), супергетеродинный приемник, частотную модуляцию (ЧМ). Армстронг был отцом ЧМ радио, дедушкой радара и прадедушкой космической связи, но никогда не пожинал плодов своего гения.

В юные годы Армстронг был заряжен энергией и полностью погружен в радио. Он любил девушек, но всегда был слишком занят для свиданий. Он забивал голову знаниями в Колумбийском Университете. Он управлял красным мотоциклом. Он любил взбираться на столбы и зависать там на ступнях. Он всегда был готов подвергнуть сомнению (и часто неправильно) высказывания преподавателей.

Армстронг не изобрел радио. Это заслуга принадлежит Попову и Маркони. Но в 1912, в возрасте 22 лет, Армстронг выяснил, как работает электронная лампа де Фореста и использовал ее в необычном виде. Он взял электрический сигнал, полученный с выхода усилительной лампы, и подал его обратно на вход. И так снова и снова, каждый раз увеличивая мощность.

Он назвал это явление «регенерацией». Это был очень важный вклад в развитие радио, потому что, когда обратная связь была увеличена выше критического уровня, то электронная лампа продолжала колебания, которые создавали собственные радиоволны. Это было не только усиление радиосигналов, но и их генерация. Армстронг установил аудион Фореста и в приемник, и в передатчик. Это небольшое с виду новшество позволило избавиться от 20-тонных генераторов.

Армстронг запатентовал свое открытие в 1913 и лицензировал его компании Маркони в 1914.

Затем он направился во Францию, чтобы сражаться на полях Первой Мировой войны. На фронте в Западной Европе капитан Армстронг с удивлением обнаружил, что Американский Экспедиционный корпус очень слабо оснащен радиосредствами. Практически в одиночку он постарался исправить ситуацию. Он лично снабжал радиооборудованием союзнические воздушные силы, зачастую самостоятельно усовершенствуя и испытывая аппаратуру непосредственно перед использованием.


«Эдвин Г. Армстронг объясняет принципы своего последнего изобретения – ‘суперрегенерации’, на встрече в Радио Клубе Америки, проведенной в Колумбийском Университете, Нью-Йорк».

Находясь в Париже, Армстронг изобрел устройство, названное странным словом «супергетеродинный приемник». Сложный продукт электронного колдовства, которое и сейчас является основным принципом практически всех радиоприемников, телевизоров и радаров.

Он продал права на изобретения главным корпорациям США, включая «RCA». Внезапно на радио буме 20-х он стал миллионером.

В 1920 компания «Westinghouse», благодаря купленному у Армстронга патенту супергетеродинного приемника, запустила первую вещательную радиостанцию «KDKA» в Питсбурге. Другой пионер радио – Ли де Форест – возразил. Он сообщил, что регенерация была его идеей, и подал иск о нарушении патентных прав. Он проиграл дело, но все равно продолжал преследовать Армстронга в судах 14 лет. Форест все время проигрывал, но затем, по недоразумению, выиграл заключительное дело в Верховном суде. К великому сожалению сторонников Армстронга, ученых и инженеров, судья Верховного суда неправильно истолковал обращение и закончил разбирательство в пользу де Фореста.


«Портативный» радиоприемник – свадебный подарок Эдвина невесте Мэрион Мак-Иннис (Marion MacInnis), секретарше Д. Сарнова. Развлекал молодоженов во время свадебного путешествия. Эрвин всегда был в работе – он использовал поездку, чтобы проверить свой супергетеродин. 1 декабря 1923

Компания «RCA» не поддержала Армстронга и это притом, что он помог ей создать радиопромышленность, которая в 1934, год Великой депрессии, стоила почти $2 млрд. Каждый член «RCA»: «Zenith», «Philco», «Magnavox», «Motorola» и «Crosley» получали фантастические прибыли, используя изобретения Армстронга.

Армстронг продолжал изобретать. Он начал работы над уменьшением статических помех, экспериментируя с тем, что позже станет известным как частотная модуляция. Эксперт из «Bell Laboratories» Джон Карсон (John Carson) безапелляционно заявил:

Я математически доказал, что этот тип модуляции дает неприемлемые искажения без каких-либо преимуществ. Статические помехи, как и бедность, будут всегда с нами.

Армстронг парировал:
Я никогда не мог принять результаты, основанные почти исключительно на математике. Это невежество, которое вызывает все неприятности в этом мире.

Но Карсон оказал Армстронгу неожиданную услугу – он убедил других исследователей отказаться от работ над частотной модуляцией, оставив Армстронгу чистое поле.

Армстронг работал. Он развивал новые теории и опровергал существующие. В своей лаборатории в Колумбии он строил принципиально новые передатчики и радикально новые приемники.


Армстронг с прототипом супергетеродинного приемника, (Radio Broadcast 7/24)

Первые испытания были завершены 9 июня 1934 года. В Нью-Йорке с мачты «RCA» на крыше «Empire State Building» до дома своего надежного старого друга в Лонг-Айленде передавалась органная музыка методом АМ и ЧМ. Звучание частотно-модулированного органа было громким и чистым. АМ версия была в «сотни тысяч раз более зашумленной». В течение сезона «летней статики» (летние атмосферные помехи, связанные с солнечной активностью) он провел другие испытания, на более дальних расстояниях. Эксперименты показали великолепные результаты. Армстронг доказал что сигнал не пропадал во всей зоне охвата, как это было с AM.

Частотная модуляция не только устраняла статический шум, но и обеспечивала лучший звук – в три раза лучше, чем АМ. Слушатели могли различать даже интонации диктора. Кроме того, ЧМ обеспечивала передачу полного диапазона слышимости человеческого уха, от глубокого рокота барабана до тонких трелей флейты, охватывая диапазон от 50 Гц до 15 000 кГц. Амплитудная модуляция обеспечивала в лучшем случае 5 000 Гц. Армстронг обнаружил высококачественное воспроизведение. Он также определил, что на одной несущей ЧМ можно передавать сразу две радиопрограммы: телеграфное сообщение и факсимиле титульного листа «Нью-Йорк Таймс» – он обнаружил мультиплексирование.

Для доказательства преимущества ЧМ в 1939 Армстронг был вынужден построить действующую радиостанцию ценой более $300 000.

В течение Второй Мировой войны, Армстронг вел важные исследования радара для военного ведомства и бесплатно передал военным свои патенты на частотную модуляцию. Важный подарок американским вооруженным силам, особенно после того как командование поняло, что переговоры германской армии, работающей на АМ, они могли легко глушить, а ЧМ в то время была неподавляема.


Предающее ЧМ оборудование Армстронга, «Empire State Building», 1934.

К концу войны Армстронг разработал ЧМ радар на незатухающих колебаниях, который позволил послать и принять сигнал на расстояние 238 000 миль – до Луны и обратно. Он доказал, что волны, модулированные частотно, в отличие от волн, модулированных амплитудно, могли проникать через ионосферу. Это проложило путь к радиосвязи в космосе и дало астрономам новый измерительный инструмент.

К концу Второй Мировой войны частотная модуляция полностью доказала свои преимущества. С нескрываемым презрением Дэвид Сарнов, директор «RCA», сказал: Я считал, что Армстронг изобретет некий фильтр, чтобы удалить статический шум из нашего АМ радио. Я не думал, что он произведет революцию и создаст новое направление, конкурирующее с «RCA»… Новый вид радио – подобно новому виду ловушки для мышей. Мир не нуждается в другой мышеловке…

Сарнов тормозил работы Армстронга, поручая инженерам «RCA» дополнительные испытания и лоббируя Федеральную комиссию по связи в выдаче экспериментальной лицензии Армстронгу для проверки частотной модуляции. Он даже осуществил неудавшуюся попытку захватить ЧМ патенты Армстронга. Армстронг достойно отражал атаки по всем фронтам. Он полностью окунулся в свои планы относительно ЧМ, продав часть разработок «RCA» и сооружая собственную ЧМ радиостанцию в «New Jersey Palisades» вблизи Нью-Йорка. Армстронг начал работу с «Дженерал Электрик». «GE» сделала его открытия своей собственностью.

Сигналы ЧМ не смешивались друг с другом, ЧМ радио просто принимало более сильный сигнал. Это подразумевало, что множество маломощных станций могло работать вблизи друг друга и использовать малую часть электромагнитного спектра.

ЧМ станции начали свое распространение. В 1939 их насчитывалось уже 40. В мае 1940 FCC выделила диапазон 42–50 МГц для ЧМ радио. Через два месяца можно было принимать более 500 ЧМ радиостанций, и они продолжали строиться. Национальный комитет телевизионных стандартов (National Television Standards Committee) решил, что ЧМ должна стать стандартом для звуковой части телевизионного радиовещательного сигнала. Армстронг был счастлив. Он предсказывал: «Через 3–4 года количество слушателей ЧМ будет превышать число слушателей АМ в настоящее время». Он оказался прав. Но Армстронг не получил никакой личной выгоды за свои работы и свою гениальность. Он понял, что «RCA» и другие гиганты связи были одной командой. Они душили развитие частотной модуляции. Армстронг ждал. Он ждал авторских отчислений на изготовление приемников с ЧМ. Он ждал заключения контрактов с журналистами ЧМ. Он ждал авторских отчислений за каждый проданный телевизор.

Но ничего этого не случилось. «RCA» попыталась обойти патенты Армстронга и начала производить телевидение со своей собственной звуковой системой и не платить Армстронгу, а затем наконец-то предложила ему $1 млн. за неэксклюзивную лицензию. Это было подобно сцене из вестерна, когда богатый владелец ранчо, заявляет своему соседу конкуренту-выскочке: «Я плачу $1 млн. за вашу землю. Вы хотите, чтобы я отдал деньги вам или вашей вдове?»

Сенатор Чарльз Тоби направил в Конгресс запрос:
«RCA» сделала все, чтобы убрать Армстронга с дороги. Они применяли самые изощренные меры, чтобы задавить частотную модуляцию… В то же время они бесплатно снабжали телевизорами уполномоченных FCC…


Портрет и статья об Армстронге в журнале «American Magazine», в рубрике «Interesting People in the American Scene» («Интересные люди в американской жизни»), 1940.

Запрос не прошел. В 1948 Армстронг подал судебный иск об открытом воровстве и нарушении пяти из его основных патентов ЧМ. «RCA» ответила армией адвокатов. Армстронг увяз в судебных разбирательствах на шесть лет. У «RCA» было время, у Армстронга оно кончалось. «RCA» могла позволить себе юридические затраты. Армстронг был вынужден продать многое из своего имущества, включая свои разработки в «Zenith», «RCA» и «Standard Oil» за $200 000. Со всеми другими расходами, вместе с содержанием экспериментальной установки в Колумбийском университете, Армстронг мог позволить себе платить адвокатам только $22 000.

К 1954 он был готов уладить дело. Он просил у «RCA» $2.4 млн. «RCA» предлагало $200 000 – меньше, чем его юридические затраты. Армстронг обратился к своей жене Мэрион, чтобы она авансировала часть денег из тех, что он давал ей в прежние годы. Она возразила, что это деньги на старость.

Истощенный надеждами, разбитый судебной тяжбой Армстронг пребывал в гневе. Играя в покер с Мэрион, он ударил ее по руке. Мэрион уехала к сестре в Коннектикут. Армстронг разрушил счастливое единение, продлившееся почти 30 лет. Он провел Рождество и Новый год один в своей нью-йоркской квартире. 31 января 1954 он написал последнее письмо Мэрион:

Я убитый горем, потому что я не могу увидеть тебя еще раз.
Я глубоко сожалею том, что случилось между нами.
Я не могу понять, как мог сделать больно самому дорогому мне человеку в мире.
Я отдал бы жизнь, чтобы повернуть время вспять, в то время когда мы были так счастливы и беззаботны.
Да хранит тебя Бог и может Бог пощадит мою душу.

На следующее утро Эдвин Говард Армстронг надел шляпу и пальто, обернул вокруг шеи шарф… и выбросился из окна своей квартиры на 13-ом этаже.

Мистер Сарнов заявил журналистам: «Я не убивал Армстронга».

Месяцем позже Сарнов объявил на ежегодном отчетном собрании «RCA», что компания достигла непревзойденно высоких доходов – более $850 млн. В конце этой встречи один человек выкрикнул из зала: «Верьте и доверяйте Дядюшке Сэму и Папе Дэвиду!».

Адвокаты Армстронга вместе с его вдовой продолжили борьбу с «RCA» пока не выиграли дело. Мэрион получила немногим более миллиона долларов – ту самую сумму, что Сарнов предложил Армстронгу в 1940. Наконец-то Сарнов получил ответ на вопрос: «Вы хотите, чтобы я заплатил вам или вашей вдове?»

С годами человечество оценило заслуги Армстронга в науке и изобретениях. Частотная модуляция теперь основная система в радиовещании, в канале звукового сопровождения телевидения, в подвижной и спутниковой радиосвязи, в радиорелейных станциях. 98% всех радиоприемных устройств работают на принципах изобретенных Армстронгом.

При жизни за открытие цепи обратной связи Армстронг был награжден Золотой медалью Института Радиоинженеров и Медалью Франклина (самая высокая из научных наград США).

Посмертно был избран в пантеон Международного Телекоммуникационного союза (ITU) наряду с такими учеными как Ампер, Белл, Фарадей и Маркони.